ИЯ КИВА • ВОЗВРАЩАЯСЬ ДОМОЙ

<< Вернуться к содержанию

* * *

не ходи на кладбище, там нет никого живого,
только тот, кого схоронили, очень любили,
морок, морг, колото-резаные, ножевые,
в рамочке черной сидит, на тебя глядит
глазами большими серыми, твоими

на кладбище нет никого, кроме сорок,
но о том ни гу-гу, о том никому, тсс.., молчок,
люди приходят, красят ограды,
кому оно надо, доподлинно неизвестно,
но время и место красить ограды,
и мы никого в живых не оставим

за ними приходят безбожные и травяные,
пьют, песни поют, ничего святого,
жалко их очень, зачем они все такие
работящие, мужики настоящие, а вот тоже плачут,
буду любить тебя всегда, я не могу иначе,
дайте, пожалуйста, смерть, без сдачи

третьи приходят, не издают ни звука,
смотрят перед собой, шевелят губами,
прозвища и имена перебирают,
трутся телами о потускневший мрамор,
смерть – это то, что опять случилось не с нами

месяц проходит, больно, как всему живому,
год проходит, больно, как всему живому,
пять лет проходят, больно, как всему неживому

* * *

я живу между Бабьим Яром и Сырецким концлагерем
каждый день, возвращаясь домой дорогою смерти
я оказываюсь в довоенном Бердичеве

там прадедушка Янкель и прабабушка Блюма
говорят, работают и живут на идиш
растят Хаю-Суру, Мишу и Лейбе
впрочем, а был ли Лейбе, я точно не знаю
на идиш покойники со мной не разговаривают
Мишу родители очень любили,
боялись на фронт отпускать, боялись, чтоб не убили
сказать, что было дальше? сразу убили
просто убили, не потому что еврей

Хая в Москву подалась, стала Софией
знала пять языков, в Бердичев писала на идиш
изучала в МГУ философию, защищала город от немцев
метр сорок пять, хорошая еврейская девочка

говорят, в нашем роду была ясновидящая
поэтому Янкель и Блюма оказались в Донбассе
подвода, самое необходимое, ценные вещи
если б остались в Бердичеве – со всеми, на аэродроме

я их могил никогда не видела,
не знаю, где похоронены Миша и Лейбе
впрочем, а был ли Лейбе, а был ли Лейбе
где лежат Блюма и Янкель я тоже не знаю

может быть, буду идти однажды в июле
по Бердичеву, рассматривать архитектуру
не узнаю улицы, на которой все они жили
пройду мимо дома, в котором все они жили
спасибо товарищу Сталину за историческую память

* * *

немцы приближаются к Украине
немцы совершают посадку в аэропорту Борисполь
немцы едут по Киеву в подземном вагоне
немцы выходят на станции метро Дорогожичи
немцы идут по улице Елены Телиги
немцы гуляют вдоль по Бабьему Яру
немцы смеются под памятником «Менора»
немцы подходят к черной-черной могиле
немцы стоят возле еврейского трупа
что же ты, Яша, молчишь, почему не стреляешь

* * *

били с особым цинизмом не убивали
насиловали не кончали
приучали жить долго
работать много
терпеть и того больше

что здесь произошло?
все здесь произошло
запротоколируйте
вызовите понятых
есть же свидетели

куда же все подевались
не их ли все прибывало
не они ли все это были
не их ли сюда не звали
не они ли вытоптали все тело
протянули жилы в ушко игольное
не они ли намертво затоптали

тише ты тише деточка успокойся
никто не придет больше
не станет выспрашивать больше
не будет другим про тебя трепаться
пялиться в лицо ухмыляться
пять уже лет как тебя схоронили
нешто не помнишь

дернули за веревочку
ты и упала

* * *

каждый день уменьшаемся в весе и росте
прибавляемся в бледности
всматриваемся в однотипные отражения

на карточки не переходили
питание не урезали
видно мудрое тело чего-то знает
демонстрирует посмертные снимки
подбирает надгробные рамки

здесь должно проживать много людей
где они все
в какую нам сторону

* * *

смотри же смотри же
пальцы до крови стертые
но это не наши мертвые ты говоришь
это ихние мертвые ты говоришь
и опять попадаешь туда
то есть опять не туда попадаешь
думаешь господи как тут темно
что ж они все на одно лицо
наши и ихние
ихние наши и наши ихние
ихние ихние и наши наши
и звонишь и звонишь
…и звонишь

2018-04-02T15:38:11+00:00