Любое художественное творчество интересно как выражение личностной картины мира. Еще интереснее, когда за перо берется интеллектуал – филолог, религиовед и культуролог, обладающий большим опытом постижения внутренних законов создания художественного текста. Научно-педагогическое творчество проф. С. Д. Абрамовича включает полтора десятка монографий, около сорока учебников и учебных пособий, сотни статей. Он создал немало оригинальных картин и рисунков, имел несколько личных выставок. Вместе с тем, он является автором нескольких десятков стихотворений, ряда рассказов, повести и романа. Сам автор склонен утверждать, что пишет художественное всего лишь как литературовед, обязанный знать, как строится художественная вещь «изнутри». Но его творчество достаточно самобытно; это не только искреннее лирическое самовыражение, но и способность увлечь читателя искусно построенным сюжетом и яркими, развивающимися характерами. Кроме того, его художественные произведения являют собой еще и развернутый диалог с мировой культурой, насыщены аллюзиями, реминисценциями и образными аналогиями. Особо следует отметить способность автора и к следованию традиции, и к новаторскому поиску, его открытость разным духовно-стилевым системам. Последние стихи С. Д. Абрамовича – непринужденные вариации классических мотивов, зазвучавшие на нескольких языках.

Мария Чикарькова
доктор философии, профессор

БЕССОННИЦА

Словно икона ки́новарью иль посланье любовное кровью,
подписывается день багрянцем заката.
Неволя ложа. Теснятся у изголовья
слова, просвéркивая ложью, внедрённой когда-то.

Раздрóбленное сознание в мороке ночи
взыскýет тверди, словно пловец утомленный.
А звон часов неумолимое солнце прóчит,
и бегут друг за другом незавершённые клоны.

* * *

когда ты приходишь
мертвая
с горящим взглядом
с нервным смехом
и с ледяными руками
и мы говорим и смеемся
и затеваем всякие нужные дела
я чувствую
что соучаствовал в этом убийстве

КАНУН РОЖДЕСТВА

ФИЛИППОВ ПОСТ

Днестр – морозно! – волнами сложился,
Серой ватой небо обложили…
Черные деревья в смертно-белом –
Горечь лета, что давно истлело.

Нету дней короче и темнее,
Путаемся в речи, грязь земная…
Но в ночи все ярче и вернее
Вифлеемская Звезда сияет.

ПИЛИПІВКА

Склався в хвилі весь Дністер – бо зимно!
Небо вкрила сірая бавовна.
Чорні дерева у білім димі –
Саван літу, пристрасті любовній…

Дні лихії, темні, швидкоплинні,
Збита мова, в бруді грузнуть ноги…
Та в ночі засяє неодмінно
Віфлеємська зірка, Око Бога.

ADWENT

Dniestr– bo zimno! – zbierający w fale,
Niebo, obłożone szarą watą…
Сzarnie drzewa, zawiąca w biale,
Jako gorycz zotlałego lata.

Dni najkrótsze, najciemniejsze w roku,
Słow omylność i nieczystość ziemskа…
Ale błyśnie Narodzienie Bóga –
W mrokie nocy Gwiazdą Betlejemśką.

ADVENT

The Dniester – frosty! – is formed in waves,
Sky is packed in the cotton wool…
Black trees are dressed in mortal white veils.
Landscape is of bitterness full.

These days are so short and so dark.
We have only mishmash and dirt…
But at the night the Bethlehem Star
Is shining – so bright! – after Death.

SUITA ROCZNA

ZIMА

Widoczne z oszalałych czarnych chmurów
І przez te drzewa z wyblakłymi liśćmi
Nieposkromione białe błyski wirów,
z których się rodzi zamieć oczywiście.

Oddech zamarzły i zdrętwiałe ręce…
Nieprześcigniony, jak triumfy Rzymu,
Wirując, jak na koniach jasnych jeźdźcy,
Na widnokrągach białe wojska Zimy.

WIOSNA

Na widnokrągach białe wojska Zimy,
od strzał Apolla wibrujący w zgonie.
Wypiera pole ich zielonym dymem
pod mrocznym okiem sennej Persefony.

Z przestrzeni chmury czystym, cienkim głosem
skowronek śpiewa, cierpki zgrzyt bocianów…
A w trawie, sproszkowanej jasną rosą,
patrz mokry odcisk – to kopyto Pana.

LATO

Patrz mokry odcisk – to kopyto Pana.
Włochaty olbrzym w puszczе się porusza,
І jego oddech nieoczekiwany
W rozdartych wiatrem liści drżącе uszy.

Bo niepokoi Pana blask Apolla,
jego smukłości, strzały, wszechobecność.
I garście nieuchwytnych tych oboly,
W zieleni rozrzucane są odwiecznie.

JESIEŃ

W zieleni rozrzucane są odwiecznie
złote monety nie podejmowane.
Oszustwo słońcа wiedzi pan stateczny,
I, jego zdaniem, wszystko – udawanie.

Zmęczonа listwa się zamienia w brązą,
Żywego drzewa soki wyczerpa się.
Ulewny deszcz – jak metalowy bonza.
Wskazówki są zgubiony na kompasе.