Чем дольше живем мы,
Тем годы короче,
Тем слаще друзей голоса
Булат Окуджава

С годами убеждаешься, что чем лучше знаешь человека, тем труднее о нем говорить, писать, тем более в прошедшем времени.

Вечер, посвященный сорока дням светлой памяти Сергея Борисовича Бураго, начался с трансляции одного из его выступлений на «Коллегиуме». Вечер, в течение которого перед участниками прошла вся жизнь Сергея Бураго, и натолкнул нас на воспоминания о нем. Ведь нас и наши семьи связывали и связывают добрые человеческие отношения, которым более 30 лет.

С Сергеем Борисовичем мы познакомились в 1969 году, когда, приехав из Винницы, он поступил в аспирантуру пединститута имени М. Горького. Моя жена Людмила Николаевна и его супруга Лариса Николаевна учились в одной группе пединститута и вместе слушали его первые лекции.

И вот более 30-ти лет наша семья – вместе с неординарной, талантливой семьей Бураго, главным, ведущим в которой, безусловно, был Сергей Борисович.

Многие годы мы жили рядом в районе пл. Победы. Мы – на Тургеневской, они – на Павловской. Дети ходили в одну школу № 38 имени Валерия Молчанова. Сыновья – Дмитрии – вместе играли в футбол, боксировали, а когда подросли, увлеклись литературой и философией.

Лариса Николаевна Бураго стала любимой учительницей нашей дочери Наташеньки и, безусловно, способствовала развитию ее творческой и поэтической натуры – Наташа начала писать стихи. Но это было потом…

В Киеве можно назвать много адресов, где жили Бураго, мы запомнили их несколько, где проживали, а вернее, скитались они.

Запомнилась комната в частном доме на Никольской Слободке. В том районе весной 1971 года в результате наводнения было море воды, что навевало воспоминания о дедушке Мазае, а мы вместо зайцев в лодке добирались до дома.

Там в неимоверно тяжелых условиях рос их сын Дмитрий и завершилась работа С. Бураго над кандидатской диссертацией.

Квартира на Березняках запомнилась тем, что ее хозяева обманным путем,   в полном смысле этого слова, выставили семью Бураго на улицу и долгое время не давали возможности забрать свои вещи, не учитывая ни маленького Димку, ни Ларису Николаевну, ожидавшую рождения второго  ребенка. Благо, в Киеве  у Бураго были друзья…

Особое место в жизни этой семьи занимает дом на Павловской. Трехкомнатная квартира с высокими потолками, но с прохудившейся крышей и с прогнившим полом, под  которым  водились грызуны, с печкой, которая топилась дровами  и углем. Поэтому порой Сергея Борисовича можно было видеть возвращающимся домой с папкой в одной руке и с бревном или доской под мышкой другой руки, чтобы истопить печь. Кроме душевного тепла, необходимо было еще и тепло печи, которая обогревала их уютное жилище.

Но, к сожалению, частым гостем семьи Бураго стал участковый инспектор милиции: проживание без прописки было грубым нарушением паспортного режима. Его визиты создавали атмосферу напряженности в семье и отвлекали ее главу от написания кандидатской диссертации. Но этот вопрос скоро решился.

В сложных условиях писалась кандидатская диссертация, и ее защита была нашим общим праздником, а затем мы вместе радовались появлению на свет книги «Александр Блок (Очерк жизни и творчества)».

С автографом Сергея Борисовича она хранится в нашей библиотеке. Благодаря этой книге об Александре Блоке больше узнали мы, наши родители, наши дети.

Когда-то нелегко было на душе, и один знакомый прочитал стихотворение Блока. Сергей Борисович подарил текст этого стихотворения, которое действительно и сейчас поддерживает в трудную минуту. Вот оно:

Есть минуты, когда не тревожит
Роковая нас жизни гроза.
Кто-то на плечи руки положит,
Кто-то ясно заглянет в глаза…

И мгновенно житейское канет,
Словно в темную пропасть без дна…
И над пропастью медленно встанет
Семицветной дугой тишина…

И напев, заглушённый и юный,
В затаенной затронет тиши
Усыпленные жизнью струны
Напряженной, как арфа, души.

Мы часто отдыхали вместе. Особенно запомнился отдых в 1984 году под Одессой, в с. Санжейке, устроенный отцом Ларисы Николаевны – Николаем Яковлевичем Грабовским, у которого с Сергеем Борисовичем были прекрасные отношения. Возможно, сказалось детство без отца. Здесь мы убедились, как могут сочетаться в нашем друге хозяйственная черточка с научной работой. На отдыхе Сергей Борисович заканчивал свою вторую книгу «Музыка поэтической речи». В это время мы стремились отдых на море сочетать со знакомством с Одессой, где прошла юность Ларисы Николаевны. Запомнилось посещение Одесского государственного литературного музея и выставки, посвященной 90-летию со дня рождения Исаака Бабеля. Комментарии Сергея Борисовича к рассказу экскурсовода превзошли последний. Посещение друзей Ларисы Николаевны показало, что Сергей был любим в этих домах: где-то готовили его любимый пирог с вишнями, где-то – другое специальное блюдо для него. Это говорит о многом.

Мы часто засиживались на кухне далеко за полночь. Темы были самые разные: философские, религиозные, филологические, исторические, житейские…

В этом доме на Павловской мы познакомились с замечательным киевским композитором – Виктором Годзяцким и великолепным музыкантом, знатоком истории Киева Александром Иващенко.

Хорошей памятью о Сергее Борисовиче является созданный им журнал «Коллегиум», которым он объединил творческую интеллигенцию Киева. Его студентка, заслуженный учитель Украины из Чернигова Лилия Ивановна Сарана, как-то хорошо сказала, что Сергей Бураго создал оазис культуры в Киеве.

Мы были свидетелями, когда люди, давно знакомые, случайно встречались именно на «Коллегиуме».

Мы тоже здесь встретили и наших добрых давнишних знакомых: генерала Владимира Алексеевича Пыхтина, ученого Юрия Лукича Васькива, работни  ка культуры Владлена Александровича Портникова, радиожурналиста Романа Григорьевича Конделя.

Мы были свидетелями, когда наш товарищ Юрий Иваненко встретил здесь своих коллег из Института сверхтвердых материалов. Именно здесь мы познакомились и подружились с талантливым киевским художником Александром Андреевым, слушали известного поэта Александра Дольского.

На этих вечерах мы открывали для себя новые страницы любимого Сергеем Борисовичем и уже нами Александра Блока, новые имена в среде творческой интеллигенции Киева (Вадима Солодкого, Ольгу Онищенко, Юрия Олейника, Дмитрия Таванца).

На них он открывал нам, коренным киевлянам, древний и современный Киев. Первый в Украине вечер, посвященный 200-летию со дня рождения Александра Пушкина, состоялся именно на сцене «Коллегиума». Первыми вечерами памяти были вечера, посвященные памяти Элисео Диего, Святослава Рихтера и Булата Окуджавы. Хочется  отметить,  что  общественная  деятельность,  опыт  которой   помог Сергею Борисовичу создать не только Фонд гуманитарного развития «Коллегиум», но и одноименный журнал, организовать и провести в течение 8 лет Международные научные конференции «Язык и культура», началась на Кубе. Там он обрел известность не только в Гаване, но и во всех провинциях Кубы, символично и то, что именно 6 июня 2000 года  все русисты Гаваны собрались  у памятника А. С. Пушкину, чтобы помянуть Сергея Борисовича. Об этом нам сообщил его друг Даниэль Мотоло.

Почувствовав себя плохо уже в мае трагичного 1999 года, он из последних сил готовил свою очередную международную научную конференцию «Язык и культура».

К врачам обратился только в августе. Так сложилось, что первыми забили тревогу врачи госпиталя МВД Украины – Станислав Петрович Пилипчук, Светлана Николаевна Томарова, Наталья Ивановна Настенко.

Как мог, морально поддерживал Сергея Борисовича Юрий Григорьевич Ваврик, врач, с которым у Сергея Борисовича сложились доверительные отношения.

В последнюю его осень мы вместе ездили в Чернигов. Появилась надежда. Вместе посетили памятные места Козельца. В Чернигове нас принимала уже упомянутая Лилия Ивановна Сарана. Эта поездка, к которой  присоединились Аня  и Вадим (дочь и зять Сергея Борисовича), наверное, останется с нами навсегда. Именно во время этой встречи Лилия Ивановна рассказала об уроке, где обсуждалась поэма Александра Блока «Двенадцать», и как давнее объяснение Сергея Бураго этого произведения помогло ей донести до учащихся его смысл.

И в этот период Сергей Борисович издает свою третью и последнюю книгу «Мелодия стиха (Мир. Человек. Язык. Поэзия)». На исходе своих сил он провел презентацию этой книги. Он гордился тем, что ее редактором и корректором была его студентка, близкий человек наших семей Марина Захарова.

А надпись на книге «Во всем этом большом и непонятном мире – самым близким и верным Друзьям – Кобринским с большим желанием здоровья и радости – от автора» останется с нами как и светлая и вечная память об этом Великом и Добром Человеке.